RUS

ENG

Свидетель обмирания

"Проявление" Потапов Владимир в галерее Random

Молодой живописец Владимир Потапов давно живет и работает в Москве, но родился в Волгограде. Его последняя выставка посвящена трагическим событиям прошлого года, когда в родном городе с перерывом в несколько месяцев было совершено три теракта. Рассказывает ВАЛЕНТИН Ъ-ДЬЯКОНОВ.

На автобусе номер 29 (октябрь 2013-го, 8 погибших, 37 раненых) Владимир Потапов ездил в Волгоградский госуниверситет, во время терактов на железнодорожном вокзале (декабрь 2013-го, 16 погибших, более 40 раненых) погибли знакомые. Но меньше всего выставка "Проявление" похожа на эксплуатацию чужого горя, пусть и разделенного по праву рождения. Потапов, как всегда, ищет способ передачи хода истории, да и взрывы для него близкая тема: на выставке 2011 года под названием "Момент распада" лица лишних людей госкапиталистической экономики — бомжей и стариков — распадались на лоскутки и пятна, стоило только посмотреть с другого угла на картину, фрагменты которой разнесены на несколько слоев оргалита.

Как и многие практики живописи из поколения тридцатилетних, Потапов увлечен послевоенными немцами, которые равно не доверяли и жестам абстракционистов, и иллюзиям академиков. Тут и там встречается увеличенный типографический растр с полотен Зигмара Польке, вариации на тему живописи, как будто списанной с экрана телевизора, в духе Герхарда Рихтера. Но в "Проявлении" есть только один цвет — черный. Знакомые по сотням фотографий виды Волгограда сделаны с помощью пигмента, который сыпется в готовую форму, прилипает в нужных местах и заливается слоем эпоксидного клея. Сюжеты, связанные с терактами, дополнены маленькими картинками с участниками народных волнений по всему миру, от Греции до Украины. Результат больше всего напоминает граффити по трафарету, самый быстрый способ высказаться для политических активистов и уличных художников, похожий на живопись разве что использованием краски.

Принципиальным моментом для Потапова стало неучастие в процессе письма: образы должны появляться на основе сами. Это, наверное, самая мощная политическая метафора выставки. Художник признает свое бессилие перед ходом событий и, больше того, утверждает, что попытки индивидуализирующих усилий относительно трагедии такого масштаба бессмысленны. Главное — найти технику, которая сама по себе иносказательна. На сопровождающем картины видео мы наблюдаем за тем, как сыпется пигмент, эфемерная субстанция без связующей основы — масла. Так и в обществе, из года в год пассивно стоящего под ударом очередных политических разборок, остается только сухая пыль без воли к переменам.

Выставка срежиссирована идеально — сказался кураторский опыт Потапова. Живописи исторической предшествует серия, посвященная мору птиц в Москве в августе прошлого года. Это синие совки с серой пылью, на которой и нарисованы дохлые голуби, по одному на каждый совок. Потапов не стесняется высокопарных метафор: для него массовая смерть птиц что-то вроде казней египетских. Она свидетельствует о том, что впереди катастрофа, масштабы которой можно только предчувствовать. На полу третьего зала галереи лежит битое стекло, инсталляция, буквально повторяющая обстоятельства первых секунд после взрыва. Из динамиков доносится хруст, столь же резкий, как контрасты на полотнах Потапова.

 

Валентин Дьяконов

материал взят с Газета "Коммерсантъ" №35 от 01.03.2014, стр. 4